"Лексус" был в огне. Безумный ублюдок погубил свою собственную машину, что, как почему-то казалось, сделало его еще более неуправляемым и опасным, чем все другое, совершенное им раньше.

Посреди ада, который стал панорамным с того момента, когда бензин устремился по тротуару, убийцы нигде не было видно. Может быть, в нем возобладали по крайней мере какие-то остатки здравого смысла и он ушел пешком?

Более вероятно, что он был в двухямном гараже, выбрав именно этот маршрут для подхода к ним, чтобы не предпринимать дерзких попыток проникнуть через разбитую переднюю дверь. Меньше чем в пятнадцати футах от Джека - крашеная металлическая дверь, соединявшая гараж с конторой. Она была закрыта.

Привалившись к конторке, он взял револьвер обеими руками и прицелился в дверь, жестко уперев расставленные локти перед собой в стол, готовый стрелять в мерзавца при первой возможности. Его руки дрожали. Так было холодно. Он попытался стиснуть оружие крепче, что помогло, но все равно не смог полностью подавить дрожь.

Темнота в углах поля зрения на какое-то время отступила. Теперь она начала вторжение заново. Он бешено заморгал, пытаясь смыть пугающую периферическую слепоту, как будто удаляя пылинку, но бесполезно.

Воздух пах бензином и горячей смолой. Переменчивый ветер вдул дым в комнату - немного, но достаточно, чтобы захотелось прокашляться. Он сжал зубы, допуская лишь тихие удушливые хрипы в горле, ведь убийца мог быть и недалеко от двери, еще не решивший толком, что предпринять. Вдруг, услышав его, он наконец определится.

Все еще направляя револьвер прямо на дверь, ведущую из гаража, Джек бросил взгляд наружу, на вихри будущего пожара и пенные клубы черного дыма, опасаясь ошибки. Автоматчик может прийти, в конце концов, и из огня, как демон смерти.

Снова взгляд на металлическую дверь, выкрашенную в бледнейше-голубой цвет. Как большая толща чистой воды, на которую смотришь сквозь слой хрустального льда.